maxminimum (maxminimum) wrote,
maxminimum
maxminimum

Амплуа

Начал писать давно задуманный рассказ.

В школьной театральной студии "Бригантина" распределялись роли для годового спектакля. Преподаватель литературы Виктория Фёдоровна выбрала для постановки рассказ Шукшина "До третьих петухов". Девятиклассник Юра Лялин, только недавно записался в студию, ему очень хотелось сыграть Ивана Царевича, в крайнем случае атамана или Илью Муромца. Однако, Виктория Фёдоровна, лишь искоса посмотрев на Юрку и оценив его покатый лоб, нависающий над большими глазными яблоками, охваченными снизу сморщенными веками, большой, загнутый на конце нос и странно вывернутую нижнюю губу, сразу определила ему роли третьей головы Змея Горыныча и мелкого беса в сцене около монастыря. Школьник только вздохнул и с кротостью согласился.
Интересная лекция учительницы об искусстве переживания по системе Станиславского чем-то теплым легла на душу старшеклассника и он, подогреваемый вдохновением, постарался все три свои реплики произнести, по-настоящему воплотившись в роли сказочных персонажей.
Ночью, после успешной премьеры спектакля, где весь зал больше всего смеялся над смачно пропетым третьей головой словом "Лангет", Юрику снились кошмары. Он видел себя бесом, сучившим копытами и выводившим "Сухой бы я корочкой питалась", а затем, превратившись в Горыныча, он стал повсюду искать этого чёртова певца, чтобы крикнуть ему "лангет!" и сожрать.
Сон повторялся ещё недели две и, каждый раз, просыпаясь, Лялин еще несколько мгновений чувствовал себя то бесом, то Горынычем, испытывая при этом желание петь "корочку" или кричать "лангет".
На следующую зиму он снова был чёртом в постановке "Ночь перед Рождеством" по Гоголю. После школьного триумфа ночью ему снились полёты с Вакулой на спине, в виде игравшего его здоровяка Ваньки Смирнова из параллельного класса. Проснулся Юра избитым и запыхавшимся, как будто и вправду всю ночь возил седаков и сидел в пыльном мешке. Тело странно болело и ныло в тех местах, куда Вакула тыкал своим здоровенным кулаком.
Гоголя Бригантинцы играли ещё раз на городском конкурсе школьных театров, где заняли призовое место, а Юре вручили особую грамоту за лучшее исполнение роли второго плана. После награждения председатель жури, известный и заслуженный артист, подозвав Лялина и Смирнова, предложил им учёбу в театральном училище на актёрском.
- Я в этом году набираю новый курс. - произнес Алесандр Львович, пододвинув ребятам вазу с фруктами.
У Юрика были другие планы, он намеревался поступить в инженерно-строительный институт, продолжив семейную династию. Вежливо улыбнувшись и собираясь поблагодарить за предложение, школьник взял из блюда блестящее яблоко.
- Чем черт не шутит! - вдруг неожиданно возник помысел в голове лучшего исполнителя роли второго плана.
Черт был абсолютно серьезен и, уже на первом курсе училища, занятия
по превращениям начали закладывать для начинающего актёра амплуа злодея и отрицательного героя. Какое бы задание он не выполнял, в кого бы не пытался воплотиться, все изображаемые им старики, военные, бизнесмены болели злобой, завистью и коварством. Удивительно, но в среде своих сокурсников Лялин считался самым добрым и надёжным товарищем, на обещание и слово которого всегда можно было положиться. Напротив, железобетонное амплуа положительного героя на курсе имел никем нелюбимый, жадный и склочный школьный товарищ Лялина Иван Смирнов.
Будучи чем-то вроде земляков, они приятельствовали и часто ездили в институт вместе. Несмотря на разность характеров, ребят объединяла неофитская романтика актерского ремесла. Порой, по дороге домой, они продолжали изображать персонажей из своих практических занятий, выдумывая характерные диалоги.
Александр Львович внушал своим ученикам, что изображать чувства - это любительство, надо проникать в суть персонажей, думать и действовать, любить и ненавидеть, как изображаемые герои, и тогда правильные чувства будут изображаться сами.
Как-то раз на зачетном задании руководитель, вызвав Смирнова и Лялина, велел им найти спрятанную на сцене сумку, пообещав поставить зачет тому, кто отыщет её первый. Ребята наперегонки бросились заглядывать под кресла, распахивать шкафы, откидывать занавески. Наконец Смирнов с радостным воплем вытащил маленькую барсетку из-за диванных подушек.
- Какое подлинное искусство вы сейчас продемонстрировали! - воскликнул Александр Львович, - все было правдиво, ваши переживания, ревнивые косые взгляды, которые вы бросали друг на друга, толкания вокруг дивана, чтобы заглянуть в него первому! Это было настоящее искусство. Обоим ставлю зачёт. Теперь же спрячьте сумочку на прежнее место и повторите поиск.
Дубль конечно не удался, сложно было искать то, что уже лежало в известном месте. Студенты бегали, суетились и сами осознавали провал.
- У вас нет веры в то, что вы изображаете, а я как зритель не почувствовал подлинной правды в ваших действиях. - резюмировал Александр Львович.
- Но мы же первый раз искали по настоящему, а во второй только пытались сделать вид. - оправдывался Лялин.
- Только что вы переживали и чуть не подрались на сцене, почему же вы не смогли повторить свои переживания?
- Сложно изображать неправду. - признался Иван.
- Я вам предложил пример, описанный Станиславским в его « Работе актера» и вы, почти детально и дословно, повторили действия и слова учеников из его книги. Вам нужно научиться рождать правду жизни и веру в неё в своем воображении и затем переносить их на сцену. Если вы почувствуете подлинность вымышленного чувства, то зритель поверит в этот момент, что на сцене происходят подлинные события.
Этот урок очень запомнился Юре.

Продолжение следует.
Tags: Амплуа, Рассказ
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments