April 9th, 2016

Крестный ход

На Благовещение, после литургии, мы совершили Крестный ход вокруг дома ветеранов. Процессия выстроилась в таком порядке: впереди певчии, затем я с алтарником, а далее многодетные семьи и жители пансионата, многие на колясочках, в сопровождении сестер милосердия. Дождь как по заказу прекратился на нужное нам время, впрочем мы уже начинаем привыкать ко всяким чудесам, скоро будем удивляться, когда их вдруг не будет.
На середине крестного хода я вдруг вспомнил, что не взял с собой крест, а потом выяснилось, что и святую воду забыли, но все равно было очень радостно. Из окон на наше пение выглядывали сотрудники пансионата, встречаясь иногда с ними глазами чувствовал как двоятся их мысли. В конце под пение тропаря мы выпустили голубей. Смотрел как дети и инвалиды неуверенно держат в руках белых птичек и опять вспоминал Штирлица: больше всего он любил стариков и детей (голос за кадром в одной из серий). Есть что то в нас общее, очень часто ощущаю себя этаким тайным агентом, внедренным в дом престарелых и общество многодетных, ни тот ни другой, но среди них. Правда похоже меня уже перевербовали.






Благословение

Исповедь у нас начинается за полтора часа до литургии, в семь тридцать. Вчера, читая покаянные молитвы, вдруг услышал за спиной шорох, вздохи и громкое дыхание. Звуки были не обычны, "это не старушка",- размышлял я-"может пьяный какой-то забрёл и дышит? Нет. Инвалид! Пожалуй инвалиды так не ойкают. Как будто рожает кто-то."
И угадал. Когда, повернувшись к народу, стал читать разрешительную молитву, то увидел женщину двумя руками держащуюся за большой живот, рядом волновался её супруг. Она подошла первой, объяснила: приехали в роддом и, увидев церковь, зашли. Я не мог оторвать от неё взгляда. Лица беременных особенно красивы, не смотря на все отеки и пятна. Мне всегда кажется, что они светятся. После исповеди Наталия широко улыбнулась и распрямилась. Глядя на её огромный, обтянутый свитером живот, не выдержал и попросил разрешения подержаться за него. Исповедница совсем не удивилась такой просьбе и даже с радостью согласилась. Приложив ладони к свитеру, с трепетом ощущал под ним движение и приближение тайны. Наташа громко вздохнула ещё раз и, взяв последнее благословение, поддерживаемая мужем, пошла рожать. Все в храме смотрели на неё и молились.
Целый день ходил радостный, было чувство, что не я благословил роженицу, а она меня.