June 9th, 2016

Все впереди

Галина Александровна уже не встает. Когда был у неё недели три назад врачи констатировали ей защемление в позвоночнике и уколы обезболивающих на всю оставшуюся жизнь. 
- Я такая трусиха, ужасно боюсь боли, думаю, что не смогу отказаться от этих уколов. - Сокрушалась болящая.- Мне кажется недолго осталось, тяжело уже читать свои обычные правила, каноны, псалтырь, как мне сейчас лучше молиться? 
Я посоветовал ей больше молиться короткими молитвами, например Иисусовой, тем более, что какой-то опыт уже имеется, а вместо всех канонов почитать канон на исход души, раз уж она чувствует приближение смерти. 
Сегодня посетил её вновь, Галина Александровна улыбалась и радовалась:
- Знаете батюшка, сейчас вам расскажу про чудо: по вашему совету прочла канон на исход души и боли прекратились. Когда приехал рентгенолог, то оказалось, что у меня сломалось очередное ребро и возникла опухоль, которая давила на нерв у позвоночника, а потом воспаление сошло и нерв освободился, теперь я без уколов живу. Правда садиться так и не могу и меня с моим остеопорозом скоро ждет участь бревна. 
При этом в её словах чувствовались неподдельный интерес и радость, что впереди еще есть какие-то перспективы чего-то нового. 
У неё умер кот, этому она тоже радовалась, потому что тот был старый и никому не нужный без неё. Умер тихо, только перед концом простонал по человечески три раза. 
За Галиной Александровной ухаживала сиделка, по каким-то причинам она сейчас не может к ней приходить и её обязанности теперь выполняет муж сиделки--Петрович. 
- Знаете, он мне готовит, этот суп, что вы едите, от него, он выносит горшок, похоронил кота во дворе под деревом. Хоть Петрович и не крещеный, но рядом с ним я чувствую себя такой не достойной! 
- Когда я крестилась в пятьдесят пять, тридцать пять лет назад, то я сразу стала молиться и выполнять все правила, но я не работала над собой , столько времени упустила. 
Хоть я и знаю Галину Александровну уже почти двадцать лет, но мне очень удивительно каждый раз встречаться с таким поразительным доморощенным христианством. Меньше двух лет проходила она в храм, а затем был первый перелом и с 1982 года женщина (в тот год я окончил школу) не вставала с инвалидной коляски. Не знаю почему, но иногда мне кажется, что к моменту болезни, она прошла первый курс благочестия, что бесконечно преподаётся в наших церквях заново и заново, когда же слегла, то на второй, третий, десятый год её не оставляли и дальнейшую духовную работу и самообразование она проходила самостоятельно в своей однокомнатной пустыне, что и дало такой поразительный результат. В моих глазах она реальный кандидат на канонизацию. 
Прощаясь и размышляя о почти тридцати четырех годах её инвалидности, я поинтересовался:
- Скажите, а вы считаете свой возраст и болезни благословением или наказанием?
- О! Это такая радость! - ответила моя персональная святая не задумываясь. 

(Предыдущие тексты про неё см. по тегу)

Краем глаза

Закончились просфоры, опоздавшие прихожане подходят и спрашивают не осталось ли где -нибудь штучки другой. Матушка за ящиком сочувственно пожимает плечами и пытается утешить:
⁃ Просфор нет, но вы держитесь.