May 12th, 2020

Жертва (продолжение 2)

С трех сторон к площади подходили отряды полиции.

***

В четвертом часу дня, когда жара стала невозможной, на опустевшей и разорённой беспорядками главной площади, ещё нежно пахнущей слезоточивыми газами будто черемуховым ладаном, главный судья руководил обрядом снятия жертвенного тела.

Под бубнёж погребальных инструкций полицейские завернули повешенного в ткань и, положив в корзину-носилки, понесли покачивая в Последнюю Долину. Хора плачущих не было, все разбежались или были арестованы, поэтому судья сам речитативом произносил погребальные тексты, устало ступая позади покойника.

При входе в Последнюю Долину, носилки положили на плоский камень. Судья облил тело маслом из ритуального сосуда и затем полицейские отнесли покойника в склеп, где была уже отодвинула ржавая плита над глубокой, выложенной известняком могилой для жертвенных тел. Последний раз качнув труп, полицейские сбросили его в черноту ямы. Через секунду раздался плоский звук и хруст костей - упавшее тело придавило собой скелеты предыдущих ритуальных жертв.

Бросив в черную дыру горстку благовоний, судья отвернулся и направился к выходу, отирая платком вспотевшее от жары и напряжения лицо и шею.
Рабочие со скрежетом задвигали яму плитой, продев жердь через железные кольца на её краях.

Судья был озабочен. Он сердился и на себя и на этого идиота Рока. Как можно было так ошибиться! Он выбрал Рока в жертву за его горячность, но не насторожился, когда тот стал задавать слишком много вопросов. Жертвы не должны спрашивать, они только исполнители. А потом уже ближе к празднику, когда Рок стал сомневаться и то отказываться, то соглашаться вновь. Зачем не заменили его? Можно же было тогда это как-нибудь уладить и объяснить. Даже вчера, когда тот под давлением подписывал это бессмысленное согласие. И вот, что вышло сегодня. Как теперь исправлять ситуацию? Народ недоволен, жертва неправильная, не по обряду, по области начались волнения, уже масса арестованных и покалеченных, подняты войска, но солдаты сами волнуются и могут отказаться входить в города. А полиция вряд ли справится. Ох, что я скажу верховному? Если не решить проблемы, можно потерять место.

Платок судьи уже был мокрым. От мысли о встрече с верховным у него потемнело в глазах и закружилась голова.